Толкование на Евангелие: Начало служения Господа в Галилее

12Услышав же Иисус, что Иоанн отдан под стражу, удалился в Галилею 13и, оставив Назарет, пришел и поселился в Капернауме приморском, в пределах Завулоновых и Неффалимовых, 14да сбудется реченное через пророка Исаию, который говорит: 15земля Завулонова и земля Неффалимова, на пути приморском, за Иорданом, Галилея языческая, 16народ, сидящий во тьме, увидел свет великий, и сидящим в стране и тени смертной воссиял свет. 17С того времени Иисус начал проповедывать и говорить: покайтесь, ибо приблизилось Царство Небесное.

Евангелие от Матфея, глава 4, стихи 12-17

14После же того, как предан был Иоанн, пришел Иисус в Галилею, проповедуя Евангелие Царствия Божия 15и говоря, что исполнилось время и приблизилось Царствие Божие: покайтесь и веруйте в Евангелие.

Евангелие от Марка, глава 1, стихи 14-15

14И возвратился Иисус в силе духа в Галилею; и разнеслась молва о Нем по всей окрестной стране. 15Он учил в синагогах их, и от всех был прославляем.

Евангелие от Луки, глава 4, стихи 14-15



Святитель Васи­лий (Преобра­женский), епис­коп Ки­не­шемс­кий. «Бе­се­ды на Еван­ге­лие от Мар­ка.» Глава I, ст. 14-34. Святитель Лука Крымс­кий (Вой­но-Ясе­нец­кий). Евангельское злато. «И вос­си­ял над ми­ром свет Хрис­тов.»




Святитель Васи­лий (Преобра­женский), епис­коп Ки­не­шемс­кий. «Бе­се­ды на Еван­ге­лие от Мар­ка.» Глава I, ст. 14-34. 1


Евангелист Марк почти всегда изображается со львом. Это его эмблема. Эмблема власти, силы, царственного величия. В ореоле этой силы и величия хотел евангелист изобразить Господа Иисуса Христа. Вот почему ему присвоена эта эмблема. Действительно, в повествовании святого Марка личность Господа Иисуса Христа особенно часто и ярко выступает с этими чертами — Божественного величия и духовной силы.
В первой же главе Евангелия несколько раз отмечаются эти черты. Властное правдивое слово Господа Иисуса Христа, чуждое заискивания и угодничества: И дивились Его учению, ибо Он учил их, как власть имеющий, а не как книжники. Книжники искали только успеха и славы и, чтобы заслужить рукоплескания толпы, часто льстили ее страстям и оправдывали ее предрассудки. Господь был чужд этой слабости.
Его спокойная, уверенная власть над злыми духами: Иисус запретил ему, говоря: замолчи и выйди из него. Тогда дух нечистый, сотрясши его и вскричав громким голосом, вышел из него.
То необыкновенное впечатление, которое производило проявление Его силы на зрителей: И все ужаснулись, так что друг друга спрашивали: что это? что это за новое учение, что Он и духам нечистым повелевает со властью, и они повинуются Ему?
Его громадная сила исцелений, действующая моментально и врачующая радикально: Теща же Симонова лежала в горячке; и тотчас говорят Ему о ней. Подойдя, Он поднял ее, взяв ее за руку; и горячка тотчас оставила ее, и она стала служить им.
Многосторонность этой целительной силы, излечивавшей самые разнообразные болезни: При наступлении же вечера, когда заходило солнце, приносили к Нему всех больных и бесноватых... И Он исцелил многих, страдавших различными болезнями; изгнал многих бесов.
Таким образом, уже в приведенных немногих стихах Господь Иисус Христос является перед людьми как необыкновенный пророк, сильный в деле и слове (Лк. XXIV, 19).
Его сила действительно необыкновенна. Она сказывается во всем. В Его словах, в Его поступках и больше всего в Его влиянии на других людей. Ему достаточно только сказать Симону и Андрею, рыболовам: идите за Мною! И они тотчас, оставив свои сети, следуют за Ним (ст.18). Достаточно призвать братьев Зеведеевых, Иакова и Иоанна, занятых починкой сетей, и они, оставив отца своего Зеведея в лодке с работниками, идут за Ним (ст. 20). Обаяние личности Господа Иисуса Христа, та духовная сила, которая неотразимо привлекает к Нему сердца чистых и честных людей, громадна.
Мы не ставим здесь вопроса, в чем секрет этой силы. Для нас драгоценно другое замечание Спасителя в Евангелии от Иоанна, где он обещает Своим последователям, что каждый из них может приобрести эту духовную силу. Верующий в Меня, — говорит Он, — дела, которые творю Я, и он сотворит, и больше сих сотворит (Ин. XIV, 12).
Какое великое обетование!
Иметь силу, какую имел Христос! Силу, которой не выдерживают и страшатся демоны! Бороться с ними и побеждать, очищая свою жизнь и свою душу от их ядовитого, тлетворного влияния, постоянно омрачающего путь к совершенству! Более того: привлекать и других людей к Господу Иисусу Христу, делать и других участниками вечного блаженства! Разве это не великая радость и счастье?
Но как приобрести эту силу?
Строго говоря, все учение Господа Иисуса Христа является ответом на этот вопрос. Евангелие в последовательных повествованиях вскрывает перед нами тот длинный и трудный путь, которым должен пройти верующий, чтобы исполнить завет Христа: будьте совершенны, как совершен Отец ваш Небесный (Мф. V, 48).
Великая духовная сила, которую Господь обещает верным Своим ученикам, приобретается лишь в конце того пути, на высших ступенях совершенства. Но первую ступень, первый шаг, который должен для этого сделать человек, совершенно определенно отмечают слова данного отрывка: покайтесь и веруйте в Евангелие (Мк. I, 15).
Этим начинается проповедь Спасителя. Об этом же проповедовал Его великий Предтеча. С этого должен начинать всякий человек, вверивший себя руководству Господа Иисуса Христа.
Как первый шаг и как обязательное условие возможности совершенствования требуются два усилия воли: 1) покайтесь! и 2) веруйте в Евангелие!
Мы знаем, что покаяние в глубоком смысле этого слова не есть простое сокрушение о грехах или отвращение к своему греховному прошлому, еще менее означает оно формальную исповедь: смысл слова гораздо глубже. Это решительный перевод жизни на новые рельсы, полная перестановка всех ценностей в душе и сердце, где при обычных условиях на первом месте стоят мирские заботы и цели временной, преимущественно материальной жизни, а все высокое и святое, все, что связано с верой в Бога и служением Ему, оттеснено на задний план. Человек не отказывается совсем от этих высоких идеалов, но вспоминает о них и служит им украдкой, боязливо, в редкие минуты духовного просветления. Покаяние предполагает коренную перестановку: на первом плане всегда, везде, во всем — Бог; позади, после всего — мир и его требования, если только их нельзя совершенно выбросить вон из сердца. Говоря иначе, покаяние требует создания нового, единого центра в человеке, и этим центром, куда сходятся все нити жизни, должен быть Бог.
Когда человек сумеет спаять все свои мысли, чувства и решения с этим единым центром, тогда из этого и создастся та цельность, монолитность души, которая дает громадную духовную силу. Кроме того, человек с таким устроением ищет исполнения только воли Божией и в конце концов может достигнуть полного подчинения или слияния своей слабой человеческой воли с всемогущей волей Творца, и тогда сила его вырастает до божественной силы чудотворений, ибо тогда действует не он, но в нем действует Бог.
Таков в общих чертах процесс развития духовной силы в человеке.
Отчего апостолы могли получить эту силу чудотворений и обаяния личности и проповеди, сделавшую их могучими и искусными ловцами человеков (Мк. I, 17)? Именно потому, что единым, всеобъемлющим центром для них был Бог, и Его волю исполняли они как высший закон жизни. Интересно вдуматься в историю их призвания. Одно слово Господа, один призыв: идите за Мною! - и все забыто и брошено: лодка, сети, весь скудный инвентарь рыбацкого ремесла, даже отец... Ясно, что для этих людей Бог был дороже всего в жизни, и когда Его воля звучала призывом, ничто не могло их остановить. Кто умеет с такой готовностью откликнуться на Божий зов, тот пойдет далеко; и кто может так полно, так цельно, без сомнений и колебаний отдаться воле Божией, тот, несомненно, получит от Господа великие дары и великую духовную силу.
Следует сознаться, что в настоящее время таких цельных людей, полных глубокой веры и духовной силы, чрезвычайно мало. Когда оглядываешься на свою жизнь и на жизнь современного общества, с грустью видишь, что не вера двигает нами и не Бог является для нас центром. Мы подменили этот великий животворный центр другими.
У немецкого философа Ницше изображен сумасшедший, который с диким блуждающим взором бегает по городу и, задыхаясь, кричит: "Мы Бога убили..."
Конечно, это неправда. Ни веру в Бога, ни религиозную идею вообще в человечестве убить невозможно. Но ее можно в значительной степени подменить. Вытравить из души религиозное чувство совершенно нельзя, но ему можно дать ложное, одностороннее направление. Человек часто пытается заменить Бога чем-нибудь другим.
Это сделано уже в первом грехопадении. Искушенный человек свою волю поставил на место воли Божией, поставил себя выше и захотел обоготворить себя...через знание. Вы помните, чем искушает дьявол Еву?
И сказал змей жене: подлинно ли сказал Бог: не ешьте ни от какого древа в раю? И сказала жена змею: плоды с дерев мы можем есть, только плодов дерева, которое среди рая. сказал Бог, не ешьте их и не прикасайтесь к ним, чтобы вам не умереть. И сказал змей жене: нет, не умрете, но знает Бог, что в день, в который вы вкусите их, откроются глаза ваши, и вы будете, как боги, знающие добро и зло. И увидела жена, что дерево хорошо для пищи, и что оно Приятно для глаз и вожделенно, потому что дает знание; и взяла плодов его и ела; и дала также мужу своему, и он ел (Быт. III, 1-6).
Если бы Евой руководила только вера, преданность и любовь к Богу, то она сказала бы змею: "Хорошо... Пусть ты прав. Пусть мы получим знание! Но какой ценой?! Нарушить заповедь Божию, пойти наперекор Божией воле, изменить Богу, оттолкнуть Его своим непослушанием! Нет, Господь для нас всего дороже... Дороже твоего знания и за такую цену — за цену разрыва с Богом — нам не надо знания... Знание нам Бога не заменит!"
Ева этого не сказала. Обещанное диаволом знание показалось заманчивее доверчивого и беспрекословного исполнения воли Божией и, быть может, на короткий момент заслонило Бога. Соблазн одолел. Грех совершился.
С тех пор люди постоянно подменяют Бога. Чаще всего подменяют кумирами своих страстей. Они служат похоти, алчности, гордости, самолюбию, тщеславию, любостяжанию и т. д. и т. д. Невозможно перечислить все те кумиры, которым люди поклоняются вместо того, чтобы служить единому истинному Богу.
И как бы предвидя это, Синайское законодательство, данное Богом Моисею, во второй своей заповеди гласит: Не делай себе кумира и никакого изображения того, что на небе вверху, и что на земле внизу, и что в воде ниже земли; не поклоняйся им и не служи им (Исх. XX, 4-5).
Непосредственным образом заповедь эта направлена против идолопоклонства, которым часто заражался Израильский народ от соседей-язычников, и запрещает поклонение языческим истуканам. Но так как к идолопоклонству привлекало евреев не убеждение в его истинности, а сильнее всего и чаще всего их чувственность и страстность, находившие себе удовлетворение в некоторых культах, особенно в восточных — Ваала, Молоха и других, то вторая заповедь запрещает всякую страсть, которая может стать кумиром и затмить Бога. Иначе говоря, ею запрещается всякий другой центр, придуманный человеком вместо Бога.
Но зачем такой запрет? Отчего единым центром для человека должен быть только Господь и ничто более?
Человеческие центры, которым люди поклоняются и которым служат, вносят разъединение в человечество. Многие из них, особенно центры низшего порядка, как, например, богатство, нажива, сластолюбие, тщеславие, ведут к открытой и неизбежной вражде. Другие, может быть, и не вызывают явной вражды, но все-таки людей не объединяют и объединить не могут. В конце концов, все они слишком мелки и ничтожны, чтобы удовлетворить, захватить и объединить всех. У каждого человека свои вкусы, свои страсти, свои цели. Сколько голов, столько и умов. Один любит науку, другой предпочитает поэзию, третий избирает живопись. Ясно, что при разнообразии этих целей люди пойдут различными путями и осуществить единение между ними очень трудно. А между тем единение это необходимо для человеческого счастья, для мира и согласия в жизни, для общей борьбы с его злом и победы над ним.
Кроме того, все эти кумиры, изобретенные человеком, не дают ему полного удовлетворения. Ими можно увлекаться, им можно поклоняться, за ними можно гоняться, но жить ими нельзя. Истинной жизни в них нет.
Разберемся в этом подробнее.
Все человеческие кумиры, которые могут служить для человека центрами жизни, можно разбить на три категории.
Первая группа — самых грубых, самых низменных страстей: чревоугодия, сладострастия, лености, пьянства и т. п. Даже из этих страстей люди нередко делают себе кумиры и отдают им всю жизнь и все силы.
Рассказывают об одном французе, для которого вкусно есть и пить было единственной целью жизни. Для удовлетворения этой страсти он не жалел ни сил, ни средств. Он с увлечением изучал историю кулинарии (поварского искусства) и достиг в этой области удивительных познаний. Он знал все редкие кушанья, которые когда-либо подавались к столу у королей всего мира и у всех исторически известных богачей-гастрономов. Знал, как приготовить каждое из этих блюд, и его ежедневное меню могло привести в восторг самого прихотливого и избалованного сластолюбца. Из самых отдаленных стран всего мира выписывал он редкостные и дорогие продукты для своего стола. Он истратил на это все свое громадное состояние, полученное по наследству, а когда в кармане у него остался один франк и для него стало ясно, что вести далее такую жизнь невозможно, он пошел на рынок, купил на последний франк жирного каплуна, зажарил его по всем правилам кулинарного искусства, съел и... застрелился. Жизнь потеряла для него всякую цену. Есть немало людей, которые отдаются всецело сладострастию и распутству. Без этого для них жизнь не жизнь. Есть специалисты по совращению женщин, так называемые "львы" большого света.
Кажется, нет такой низменной страсти, которую человек не обоготворил бы и на служение которой не мог бы отдать себя целиком.
Страсти этого рода человека удовлетворить ни в коем случае не могут. Они могут дать минутное наслаждение, довести до опьянения, но в конце концов действуют разрушительно не только на духовную природу человека, но и на его организм. И тяжелыми недугами, мучительными болезнями приходится расплачиваться за годы, проведенные в грязных наслаждениях. Более того: даже в период наивысшего напряжения страсти, получаемые физические удовольствия бесконечно слабее желаний, возбужденных страстью.
Страсть неутолима. Развиваясь, она требует все новых, более сильных, более утонченных наслаждений. А между тем тело изнашивается, становится все менее восприимчивым и уже неспособно давать ощущения требуемой силы. Начинается жестокий разлад между палящими желаниями страсти и невозможностью их удовлетворения. Тогда страсть только жжет и мучит человека, но наслаждений уже не дает.
Кумиры второй группы — обычные страсти нашего времени: любостяжание, честолюбие, славолюбие, властолюбие и т. д. Их главное зло в том, что они разъединяют людей, неизбежно приводя к вражде и ненависти. Те так называемые блага жизни, к обладанию которыми стремятся эти страсти: богатство, власть и т.д., поделить поровну между всеми людьми невозможно. Начинается ожесточенная борьба всех против всех за их обладание, и ненависть, рожденная борьбою, отравляет даже успехи победителей. Человек не может спокойно наслаждаться результатами достигнутых побед, ибо он чувствует, что зависть и злоба побежденных противников подстерегает его везде, что она только подавлена и скрыта, но не убита. Кроме того, и здесь действует обычный закон страсти: чем больше она растет, тем меньше находит способов и средств удовлетворения, которое здесь зависит от внешних условий, нам неподвластных. Представьте себе богача, охваченного жаждою наживы. Его страсть растет, как жажда пьяниц, требуя все больших и больших барышей. Маленькие суммы, которые радовали его прежде, теперь уже не удовлетворяют. Вчера еще он рад был нажитой копейке — через несколько лет он уже на рубль смотрит с презрением. Теперь некоторое удовольствие доставляют ему лишь сотни рублей. Но как их приобрести? Ведь это не зависит от одной воли человека. Барыши не поступают с такой скоростью, как бы хотелось. И вот опять неудовлетворение, мучительный разлад и томление духа.
Третью группу составляют кумиры высшего разряда: искусство, наука, благотворительность, общественная деятельность и т. п. Служение человека этим кумирам кажется бескорыстным, хотя в действительности к нему часто примешиваются славолюбие и тщеславие. Кроме того, они не ведут ко вражде, по крайней мере, непосредственно, ибо поле деятельности здесь безгранично. Места и дела хватит для всех, и конкуренция начинается здесь лишь тогда, когда к чистому служению этим кумирам примешиваются страсти второй категории: стремление к наживе, честолюбие и т. д. В современном обществе уровень нравственных идеалов до того понизился, что жизнь, посвященная кумирам этой группы, считается чуть ли не верхом совершенства и добродетели. Подвижники науки, корифеи искусства у нас ценятся безусловно выше скромных подвижников христианства. И тем не менее при самом искреннем и бескорыстном служении этим кумирам, полного удовлетворения и счастья человеку они не дают и дать не могут.
Прежде всего они представляют лишь частичное удовлетворение потребностей человека: в науке находит удовлетворение ум, в искусстве — чувство и т. д. Остальные стороны души остаются без удовлетворения. В религии человек захватывается гораздо полнее, ибо она удовлетворяет все потребности.
Обыкновенно в душе верующего человека религиозная потребность проявляется как стремление к личному, живому Богу, воплощающему в Себе все высшие идеалы человека — истину, добро и красоту. В Лице Божием все это сливается в дивную, неизъяснимую, цельную гармонию, и, служа Богу и объединяясь с Ним, человек весь проникается этими идеалами. Вся его жизнь, деятельность и само существо пронизываются их светозарными лучами. Уже в одном этом человек находит великое счастье, не говоря о величайшем счастье личного единения с Живым Богом.
В основе служения кумирам третьей категории лежат те же элементы; религиозной потребности — стремление к истине, добру и красоте, почему эти кумиры и кажутся такими возвышенными. Но, во-первых, эти элементы здесь разбиты поодиночке. Ибо наука есть человеческое выражение истины, искусство — красоты, благотворительность и общественная деятельность — добра. Они не сливаются здесь все в одной дивной симфонии, пленяющей всю душу человека целиком, как это имеет место в религии. Во-вторых, личный, живой Бог, который в религии является носителем и высшим воплощением идеалов истины, добра и красоты, здесь подменен чисто отвлеченными, бездушными понятиями, своего рода суррогатами, и эти суррогаты, конечно, не могут вызвать такого чистого и напряженного подъема чувства, как взаимообщение с живым, личным, святейшим Существом. Никогда нельзя ни науку, ни искусство любить так безраздельно, так глубоко, как можно любить Бога.
В конце концов, поклонение науке и искусству есть особого вида идолопоклонство, своего рода антропоморфизм, человек преклоняется здесь перед собственным созданием, перед творением если не своих рук, то своего ума и сердца. Вот почему здесь и не может быть высшего чувства благоговения. Свое собственное детище можно любить, можно им даже гордиться, но благоговеть перед ним вряд ли возможно. Скорее наоборот: здесь проявляется какое-то отечески покровительственное чувство, и, действительно, читая ученые произведения многих корифеев науки, выносишь впечатление, что они или кокетничают с наукой, или снисходительно треплют ее по плечу. Не может быть поэтому здесь и непреклонной уверенности в безусловном праве этого любимого детища на поклонение. В глубине сознания самого фанатичного поклонника науки всегда сидит червячок скептицизма, который точит его сердце постоянным сомнением: а вдруг здесь нет истины! Разве не может быть эта вывеска глубокомысленных выводов и звонкоученых слов только нарядными лохмотьями, которые прикрывают или пустое место, или ложь? И ошибка и обман вполне возможны! Ибо, в конце концов, это создано только человеком! А errare humanum est — человеку свойственно ошибаться!
И только в одном случае служение науке и искусству является плодотворным и полно захватывает человека - это тогда, когда оно связывается с религиозной идеей; когда, занимаясь наукой, человек смотрит на нее как на средство выяснить и понять тайны Божиего мироздания и открыть его вечные законы; когда искусством пользуется как средством пробудить в душе человека чувства высшего порядка — любовь к Богу или к Его земным проявлениям в истине, добре и красоте; другими словами, когда занятия наукой и искусством в действительности являются служением единому, истинному Богу, представляя лишь особую форму религиозной жизни. Если же человек теряет связь с Богом, не к Нему стремится и не в Нем ищет опоры и вдохновения, то в силу необходимости он принужден искать их в своих убогих мозгах и из себя выжимать все элементы научного труда. А это приводит к банкротству науки, ибо неизбежно ведет к сомнению и отрицанию научных аксиом и тем колеблет основы науки. Вот почему те люди, которые двигали науку вперед, были обыкновенно глубоко верующими.
Точно так же и искусство процветает и дает удовлетворение человеку в том лишь случае, если оно связано или непосредственно с религией и служит ее целям, или с одной из форм выражения религиозной потребности — служением истине, добру и красоте. То обстоятельство, что искусство всегда развивалось и процветало тогда, когда оно раскрывало религиозную идею, как это мы видим особенно наглядно в итальянской живописи, — вовсе не случайный факт. И наоборот, современный футуризм, лучизм, кубизм и т. п. есть несомненный декаданс, упадок искусства, ибо люди потеряли здесь Бога и ищут нового центра в своей убогой психике. В результате получается уже не искусство, а кривлянье, клоунская гримаса.
Вслед за искусством и наукой и все формы общественной деятельности оживают и дают человеку наивысшее удовлетворение только в связи с религией. А если так, то какой смысл подменять идею Бога человеческими кумирами? Если эти кумиры высшего порядка, они не дают полного и всестороннего удовлетворения, если низшего, то они только разрушают жизнь и вредят человеку.
Не сотвори себе кумира. Это первое условие развития духовной силы.

Вверх

Святитель Лука Крымс­кий (Вой­но-Ясе­нец­кий). Евангельское злато. «И вос­си­ял над ми­ром свет Хрис­тов.» 2


Слово на Евангелие от Матфея, гл. 4, стих 16

Пришел Иисус Христос к жителям страны Заиорданской, к жителям земли Невфалимовой и Завулоновой, бывшим в то время язычниками, и

народ, сидящий во тьме, увидел свет великий, и сидящим в стране и тени смертной воссиял свет (Мф. 4:16).

Эти слова относятся и к вам, ибо много лет были вы лишены богослужения, Таинств Христовых, не слышали проповеди Евангелия, церковного пения и молитв. Выросло уже новое поколение молодых людей, которые совсем не знают Христа, и которым никто не проповедовал веры христианской, Его учения. И эти несчастные дети подобны народу, населявшему страну Завулонову и сидевшему во «тьме и тени смертной». И воссиял над ними свет Его, когда милостью Божией открылись храмы, ибо Господь наш Иисус Христос есть единственный и истинный свет. Так говорит о Нем святой Иоанн Богослов в первой главе своего великого Евангелия, которую читают один раз в году на Пасхальной утрене:

В Нем была жизнь, и жизнь была свет человеков. И свет во тьме светит, и тьма не объяла его (Ин. 1:4—5).

Ныне к вам, как к древним христианам, можно обратиться словами апостола Павла:

Вы были некогда тьма, а теперь — свет в Господе; поступайте, как чада света (Еф. 5:8).

Только в свете Христовом можем мы пройти наш земной путь.
Источники света бывают разные — яркие, как солнце, луна и звезды; слабые, как коптящая свеча или лампа; малые искры, светящиеся слабым светом. Но все же это свет, все же это благословение от Бога. Всякий малый свет угоден Богу, и таким малым светом может светить каждый из вас в окружающей тьме. Своей добротой, своей лаской и приветливостью, своим милосердием, святой любовью своей и благочестием вы можете и должны светить в этом мире, ибо вы —

род избранный, царственное священство, народ святой, люди, взятые в удел, чтобы возвещать совершенство Призвавшего вас из тьмы в чудный Свой свет (1 Пет. 2:9).

Так высоко ценит вас святой апостол Петр.
Не нужно быть ученым проповедником, обладающим красноречием, нужно иметь сердце, озаренное светом Христовым. Всякая простая старушка, ничему не учившаяся, может быть ярким светильником Божиим, если в ее сердце горит свет кротости, любви и смирения, если она любит всех окружающих и старается всем, чем может, помочь.
Ко многим людям, которые считают себя носителями просвещения, света ума, обращены слова Христовы:

Смотри, свет, который в тебе, не есть ли тьма (Лк. 11:35)?

Господь призывает человека посмотреть, есть ли в сердце свет Христов.
После того как Иисус Христос осветил Своим Божественным светом людей земли Завулоновой и Невфалимовой, Он тотчас же начал призывать их:

Покайтесь, ибо приблизилось царствие небесное (Мф. 3:2).

И нам нужно помнить, что светить сердцем мы будем только тогда, когда освободимся от тьмы греховной, ибо свет с тьмой несоединим. Пусть каждый отнесет к себе призыв Господень о покаянии! Близится уже время, предназначенное Святой Церковью для сугубого покаяния — время Великого поста.
К сожалению, стал весьма распространенным в высшей степени тяжкий грех, значение которого многие из вас недостаточно сознают,— грех отречения от Христа, отречения от веры в Бога. Вы знаете, как велико было множество малодушных людей, которые в былые годы безбожия при всеобщей переписи населения в графе об отношении к религии довольно легко писали, что они неверующие. А ведь это есть совершенно очевидное, несомненное отречение от Христа. Это к ним относится грозное предупреждение Христа:

Кто отречется от Меня пред людьми, отрекусь от того и Я пред Отцем Моим Небесным (Мф. 10:33).

И этого стоит ужаснуться.
В первые века христианства были жестокие гонения на верующих; из истории Церкви известно, сколько мучеников пролило свою кровь за имя Христово, за исповедание Его. Но наряду с этим сонмом святых мучеников было много малодушных людей, отрекшихся от Христа из страха мучений. Когда гонения закончились, многие возвращались в Церковь со слезным покаянием, но Вселенские и поместные Соборы чрезвычайно сурово осудили всех отступников от веры; было время, когда их совсем не принимали в Церковь. В дальнейшем их стали принимать, но после долгого покаяния,— их на десятки лет отлучали от причастия!
Этим отступникам уподобились те из вас, кто отрекался от Христа в наши времена, которые никак не могут сравниться с временами гонения на первых христиан. Никого из вас не убивали, не мучили,— не было прямого гонения, и, тем не менее, нашлось множество малодушных, которым даже одного опасения пострадать за веру достаточно было, чтобы объявить себя неверующими. Я не знаю, какое церковное наказание будем мы налагать на этих новых отступников от веры. Это очень сложный вопрос, который подлежит обсуждению Собора.
Нужно, чтобы каждый из вас вник в свою совесть, и тот, кто отрекался от Христа, не смел бы подходить к Святой Чаше, ибо постановления Вселенских Соборов в отношении отступников не отменены.
Да Сохранит вас всех Господь Бог от страха там, где его нет, ибо многие преувеличивали этот страх. Да не будет ни с кем из вас этого страшного бедствия. Да сияет всегда в сердцах ваших свет Христов. Аминь.
21 января 1945 года

Вверх

[1] Святитель Василий (Вениамин Сергеевич Преображенский), епископ Кинешемский. "Беседы на Евангелие от Марка." М.: "Отчий дом", 2004, сc. 10-16.
Полный текст; Полный текст по главам на Азбуке Веры

[2] Святитель Лука Крымский (Войно-Ясенецкий). Евангельское злато.
Полный текст по главам на Азбуке Веры

» Сайт Богородского благочиния» Сайт Московской епархии» Сайт Московского Патриархата
(C) 2010-2019